Live Your Life

Объявление

  • Новости
  • Конкурсы
  • Навигация

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Live Your Life » -Магические школы » Поиск партнера для игры


Поиск партнера для игры

Сообщений 21 страница 22 из 22

1

В данной теме действуют Общие правила каталога и Правила раздела «Ищу игрока» (подробнее). Дополнительные правила специально для «Поиска партнёра» указаны ниже.

Заявка в теме оставляется в следующих случаях:
• У вас нет на примете ролевой, но есть желаемые образы и сюжеты для отыгрыша;
• Вы игрок на определённом форуме и ищете партнёра с конкретными предложениями по сюжету.

Конкретика:
• Один пользователь - одна заявка в тематике;
• Один пользователь - не более трёх заявок всего (в трёх разных тематиках);
• "С аккаунта сидят два/три/десять человек" - всё равно одна заявка в тематике;
• Хочется новую заявку - попросите сначала удалить старую (в этой теме с указанием раздела);
• Поиск - только для игроков, ищущих партнёров. Для администраторов и пиарщиков есть "Ищу игрока";
• Пример поста обязателен;
• Анкета или пост по ссылке закрыты для гостей - сообщение удаляется;
• В одном сообщении несколько отдельных заявок на искомых персонажей - каждую под спойлер;
• Заявка очень объёмная и/или в виде крупной таблицы с заливкой цветом - хотя бы часть под спойлер;
• Обновлять/поднимать имеющуюся заявку можно не чаще, чем раз в две недели. Открывать новую после удаления старой - без ограничений;
• Сама по себе заявка находится в теме два месяца, после чего удаляется.

Запреты:
• Повторять заявку раньше, чем по истечении двух недель;
• Пытаться обмануть администрацию путём создания дополнительных аккаунтов;
• Игнорировать шаблон заявки;
• Администраторам - искать акционных персонажей не для себя лично.

Наказания:
• За любое нарушение - предупреждение.

Шаблон заявки для поиска партнёра на форум
Код:
[b]Форум:[/b] (ссылка в виде названия)
[b]Текст заявки:[/b] (в свободной форме)
[b]Ваш персонаж:[/b] (ссылка на анкету или краткое описание, даже если персонаж канонический)
[b]Пример вашего поста:[/b] [spoiler="Пример поста"]Текст поста[/spoiler] (либо ссылкой на сообщение с указанного форума)
Шаблон заявки для поиска партнёра (без приглашения на форум)
Код:
[b]Текст заявки:[/b] (в свободной форме)
[b]Пример вашего поста:[/b] [spoiler="Пример поста"]Текст поста[/spoiler]

0

21

поднимаю

Форум: Damoclis Gladius
Текст заявки:


Я разыскиваю тебя, потому что ты мой наркотик, мой маньяк, мой безумец; убийца и собственник, каких поискать еще стоит.


внешность на твой выбор
♪ Kehlani - Gangsta
Blaise Zabini
23, чистокровный, место работы на твое усмотрение, ты помнишь обо всем, но притворяешься, как и все


Когда мы не вместе - боль, пандемия, хаос; когда вместе - апокалипсис, взрыв ядерный.


Бог нам дал любовь, с ней словно крылья за спину.
И сошла с ума Маргарита вслед за Мастером.
Но людская зависть захотела украсть её.
Но навсегда осталась в сердце Мастера часть ее. ©

Здравствуй, Блейз, меня зовут Шанталь, и это триста сорок пятое письмо, которое я пишу тебе. Это триста, мать его, сорок пятое письмо, которое сгорит в ярком пламене, когда я поставлю точку. Я пишу тебе уже почти год, каждый день, обмакивая кончик пера в крови, и выводя аккуратные буквы на плотном листе пергамента. Триста сорок пятая попытка все тебе рассказать. «Безумная», - скажет кто-то, и окажется прав; «помешалась», - отвечу я, и тоже не ошибусь.
Я прохожу мимо тебя в Министерстве, сдерживая сильное желание броситься тебе на шею, и лишь играю роль, как и все, словно я забыла, я ничего не помню, а ты для меня всего лишь коллега, а не кто-то больше…
Помнишь, как я ходила за тобой, а ты отталкивал, злился? Это был шестой курс, праздник всех влюбленных, когда все должны сидеть в Хогсмиде, держаться за руки, целоваться и наслаждаться обществом друг друга; я иду в сторону запретного леса, одна, и в какой-то момент замечаю кровавые следы на снегу. А потом вижу тебя, сидящего на пне, меланхолично ковыряющего ножом в чем-то белом, покрытом кровавыми разводами, и уже не подающего признаки жизни. Ты всегда говорил, что тебя раздражает мой кот, но я и подумать не могла, что ты его
У б ь е ш ь

Я видела в тебе жестокого мальчика, который прячется за маской стороннего наблюдателя, высокомерного юноши, который не лезет на рожон, и предпочитает править из-за спины другого. Я словно помешалась; вид крови на твоих руках, удовлетворение во взгляде; образы преследовали меня во снах, я же преследовала тебя наяву. Ты всячески отталкивал меня, угрожал убить, покалечить, изнасиловать, если я не отстану, но я не отступала, упорно пытаясь добиться тебя; ты говорил, что тебя не интересуют аристократки с идеальными манерами, скучные до скрежета зубов; тебе осточертели все эти устои и традиции, ты готов спалить дотла все это светское общество, которое воспитывает своих детей сдержанными и высокомерными, и ты видел это все во мне, не зная, как еще от меня можно отделаться. Угрозы я не понимала, и постепенно сходила с ума от невозможности добиться твоего расположения. На столько отчаявшись, я не понимала, что творю, и вероятно виной всему наследственное сумасшествие, а возможно виной всему ты, но я убила твоего филина, вырезала его крохотное сердечко, и отправила тебе утренней совой, которая доставила посылку аккурат во время завтрака в большом зале. Я оставила записку, указав в ней, что так будет с каждым, кто окажется подле тебя. Ты посмеялся, и смеялся долго, до того самого тринадцатого июля, когда вновь получил на завтрак посылку, но на этот раз с человеческим сердцем внутри. Девушка, с которой я тебя однажды заметила; кем она была тебе? Подругой, любовницей, кем?; оказалась загадочным образом убита, и лишена сердца. Знаешь, что ты сделал? Наверное сейчас, ничего не помня, ты решишь что это письмо из Азкабана, куда ты меня и сдал, но… нет, папочка, ты промолчал; тебе стало интересно посмотреть на то, что будет дальше, сдержу я свое слово, или это всего лишь была единственная попытка что-то доказать. Ты завел отношения с другой, дразня меня, видя мой взгляд на очередном приеме, когда ты обнимал ее за талию, и что-то шептал на ушко, не сводя с меня насмешливых глаз.

— Ты умрешь за меня?
— Да.
— Слишком просто. Будешь ли ты жить для меня?
— Да.
— Осторожно, никогда не произноси эту клятву, не подумав. Страсть приводит к уступкам, а уступки к подчинению. Ты хочешь этого?
— Хочу. ©

Она умерла через три дня. Через две недели я убила еще одну твою знакомую. Через месяц в газетах появились сообщения о серийном убийце, и на меня объявили охоту, я была вынуждена прекратить убивать, но не собиралась этого делать, упорно стоя на своем, желая доказать тебе, что мои чувства действительно реальны и сильны. Ты боялся моей любви, я знаю. Ты не боишься клинка, или нацеленной в сердце волшебной палочки, но моя любовь тебя пугала. Пока ты не осознал, на сколько я безумна, раз готова ради тебя сдать себя властям. Ты знал, что это подстава; знал, что за твоей новой знакомой следят и выжидают, когда появится убийца, и ты знал, что я иду за ней, прямо в ловушку. И именно в тот момент, я думаю, ты понял, что я прошла испытания. Разумеется, ты меня остановил, и мы вместе убили толстого маггла на другом конце города, омывая себя его кровью, и доставая из теплого тела уже не бьющееся сердце, на котором мы дали друг другу клятвы, пообещав всегда быть вместе. И я точно знаю, что это ты убил моего первого мужа, подстроив все так, что он якобы упал с лошади; ревность?; и это ты убил моего второго мужа, в нашу с ним первую брачную ночь, когда он попытался меня изнасиловать, за что поплатился жизнью, умерев от твоей Авады. И яд из твоей коллекции свел в могилу моего третьего мужа; яд, а не драконья оспа, хотя и симптомы были те же. Ты, наверное, сейчас спросишь, что случилось с твоей первой женой, и я отвечу, что то же самое, что и с остальными. В ревности я очень опасна, а после того, как провела месяц в психушке, где мой мозг был фактически окончательно расплавлен, я совсем слетела с катушек, сошла с ума, помешалась еще сильнее на крови, на убийствах, помешалась на
Т е б е

Сейчас ты идешь по коридорам Министерства, взирая на всех свысока; молодой наследник богатейшей семьи, с безупречной репутацией, еще ни с кем снова не помолвлен, я же лежу в своей кровавой ванне, смотрю на коллекцию сердец, что оставляла позади по всей Европе, оставляя тебе послание, надеясь на то, что ты все помнишь, что ты поймешь, но… Письма, это все, что у меня осталось, и их я вынуждена сжечь.


факты

Ф А К Т Ы
о.1 - ты сумасшедший, и это не просто выражение, это проблема твоей головы, которую ты проблемой то и не считаешь;
о.2 - ты жестокий и беспощадный - можешь добиться любой своей цели, ибо твои методы отличаются от методов всех остальных;
о.3 - если что-то идет не так, как хочешь ты, и виной этому человек, или несколько людей, ты убьешь их, я уверена;
о.4 - собственник, в тот момент, когда мы вместе убили маггла, ты взял с меня клятву о том, что мои душа и мысли будут всегда принадлежать только тебе, и в напоминание вырезал на моей коже небольшую надпись "собственность папочки", чему я не противилась от слова совсем; в противном случае ты пообещал, что убьешь меня, если я посмею от тебя отказаться;
о.5 - все видят в тебе аристократичного юношу, совершенно не подозревая о дьяволе в твоей голове;
о.6 - по сюжету в 2000м году произошло массовое забвение населения, но Блейз адаптировался, не выдал себя, притворился забвенцем, и ловко играет эту роль по сей день.


Вышло на мой взгляд сумбурно, но если честно, я надеюсь, что все понятно. Сейчас в жизни Шанталь объявился Адам, хит-визард, который был в ее жизни и в прошлом; который упорно идет по следу, зная о том, что это она серийник; и он упорно домогается ее, добивается, и его не останавливают слова о том, что «Папочка тебя убьет, если еще раз хоть пальцем тронешь».


Ты счастливчик. Она дьяволица. © 


Мне нужна одержимость, зависимость, желание убивать каждого, на кого ты посмотришь, на кого я посмотрю; мне нужны больные, не здоровые отношения на грани, без сахара, ванили, и нежностей.

дополнительно

До этого заявка была без имени; затем я думала взять имя сокурсника с Рейвенкло, и расписать все на взаимной вражде факультетов, которая со временем переросла в зависимость на фоне безумия, но… На форуме есть мадам Забини, у нас есть Драко и Тео, у нас есть девочки со Слизерина, и Блейз ну просто идеально впишется в эту компанию.
На счет внешности у меня есть просьба – не делай его темнокожим, каким он был представлен в фильме. Я не возражаю, если Блейз будет иностранцем по происхождению, наркобароном по деятельности хд, да и вообще внешность на твой выбор, я в этом плане не придирчива совсем.
Детали обсудим вместе, и не смотри на то, что вверху я пишу, что Блейз все помнит, а ниже указываю, что он все забыл. Шанталь убеждена, что он забыл обо всем, но на самом деле он все помнит, но притворяется, как и все. Почему он до сих пор не воссоединился с Фоули – решим по факту уже; я придерживаюсь мнения, что он точно так же думает, что она все забыла, и мучается от невозможности снова быть с ней, снова убивать с ней, снова сходить с ума в ее руках.
У Шанталь есть двое детей, близнецы от первого брака, и есть такая мысль, что дети вовсе не от мужа, а от Блейза. Вот только он об этом не знает, и узнает ли вообще - решим по ходу, если оставим этот вариант, конечно, ибо я не настаиваю.
И да, скажу сразу, и это важно: играть мы будем рейтинг. Высокий. Убийства, расчлененка, кровавые игры, эмоции, и все, до чего дойдет фантазия.
Я пишу всегда по разному, но в последнее время начала грешить тем, что оформляю посты, да загоняюсь порой с размером; если вдохновение идет, то мой минимум - 10к, однако бывали посты и по 3-4к. Я не жду от тебя больших постов, но я надеюсь на грамотность, и знание элементарных правил русского языка. Меня не волнует, кто ты по ту сторону экрана; я не собираюсь, подобно всяким деффачкам, ходить и ревниво истерить тебе в личку, если увижу что ты с кем-то затеял игру. Я человек взрослый, игрок опытный, и подобной херней не страдаю хд
Их отношения отчасти напоминают зависимость Харли от Джокера, и Джокера от Харли.
Приходи, я буду тебя ждать столько, сколько придется хд
пс: личное общение для меня играет важную роль, поэтому будь готов к тому, что со временем попрошу асечку, или телеграмчик, или еще что-нибудь из того, что у тебя есть.

Ваш персонаж: Шанталь Фоули, 23 года, сумасшедшая, безумная, слетевшая с катушек, и как-еще-хотите-так-и-назовите девушка, которая уже четырежды вдова, имеет двух детей от первого брака, и сейчас работает помощником французского посла при Британском Министерстве Магии.
Пример вашего поста:

Пример поста

свежих постов в новом стиле за Шанталь нет; но есть пост за другого персонажа с отчасти схожим характером.

/гифы правилами запрещены, но они здесь есть да/
Если искра есть, некоторые скорей всего увидят ее тусклое свечение во тьме рано или поздно.
И если вы раздуваете эту искру, однажды она разгорится огромным,

полыхающим костром

Она вздрогнет, и закричит, на постели подскакивая, простыни сминая; даже на расстоянии будет слышно, как неистово колотится девичье сердечко в груди. Рука сама к клинку потянется, что под подушкой спрятанный, она ногами по постели задергает, к изголовью отодвигаясь; пальцы все никак не могут нащупать прохладную рукоять, и она буквально ощущает, как страх липким потом стекает по спине, острые когти впиваются в сердце и прорывают его, разгоняя страх по венам, сковывая конечности.
Золотые волосы в беспорядке, в глазах застыл ужас, сменяющийся обреченностью, когда подушка отлетит в сторону, и выяснится, что никакого клинка под ней не было. Взгляд метнется к тумбочке, но и там пусто; снова вернется к темной тени, что замерла у основания кровати, стоит не двигаясь, лишь зубы белоснежные сверкают, отражая усмешку злую. А вокруг тишина, казалось бы что весь дом уснул, и кричать совсем не было смысла, лишь сразиться попытаться; но сейчас она догадалась, что шансов у нее не было. Без оружия против исчадия ада не выстоять; голыми руками не добраться до сердца.

Не это ли ты ищешь, дорогуша?

Голос звучит насмешливо, луна на миг заглянет в окно, осветит комнату, и блеснет в ее холодном свете острие клинка, что в руке чужой зажато; блеснет игриво, будто бы дразнит, - подойди, да возьми, я же вот он, совсем близко, - но охотница не двигается, с немым шоком и ужасом уставившись на силуэт, что очертания в лунном свете приобрел, да слишком знакомым оказался.

Рваный вздох, она выдохнет сквозь сжатые зубы, зарычит яростно, и только попытается прыгнуть подобно тигрице, в жертву зубами вонзившись, но ее же клинком к стене пригвождённой окажется. Вонзится острая сталь в мягкую плоть, прорвет мышцы, и через солнечное сплетение, пронзая насквозь органы, позвонки задевая, вопьется в стену позади.

Девушка захрипит, кровь в горле забулькает, а тень, что человеком оказалась, медленно обойдет кровать, да приблизится; золотую прядку волос со лба влажного отнимет, пальчиками проведет; нежно, как тогда; скул коснется, кровь по губам размазывая. И она голову в ответ поворачивает, со взглядом темным встречается, глядит так отчаянно, пытается сказать что-то, да лишь слова в горле застревают, тонут в потоке темной крови. Она боли уже не чувствует, онемение во всем теле, обреченность, да из глаз слезы капают, оставляя кровавые разводы на щеках. Говорят, что перед смертью вся жизнь перед глазами проносится, но она ничего не видела, никаких картин о прошлом, радостных и печальных; осознавая, что ее прожитая жизнь и есть те кадры, которые она видит перед смертью; исход у всех один, и она жалеет лишь, что не всегда внимательной была, позволила ей усыпить свою бдительность, поверила этим глазам, да в сердце впустила.

Охотница снова хрипит, сгусток крови со рта сплевывает; жизнь вытекает из нее по крупицам, она уже чувствует ледяное дыхание смерти, что щек касается. Да только не смерть это вовсе, не старуха с косой, а

Кларисса,

что к лицу наклонится, дыханием обдавая, и поцелуй оставит невесомый на мертвых губах. Взгляд Хелен стекленеет, имя проклятое с губ окровавленных сорвется и растает, погружая комнату в тишину. Лишь стрекот сверчков за окном, да вдалеке где-то лягушки брачную песнь заведут; луна осветит уже пустую комнату, на миг луч коснется темного пятна на стене, но тут же померкнет, в следующее окно пробираясь.

А на заднем дворе дома невысокая рыжая девушка яму копает, да тело в нее сбрасывает; пригоршню земли кинет, и с тихим, - славься и прощай, - закидывать яму начнет, лопатой взмахивая в такт сердцу своему черному. На месте этом куст розовый появится, что рассветет лишь следующей весной, розы черные миру являя; и никто больше не увидит златовласую Хелен, вместо нее рыжеволосая Кларисса выйдет; утром следующим улыбнется солнцу яркому, да в путь отправится.

Считала ли она Валентина отцом? Биологическим, может быть; тем, кто ее породил, но не воспитал. Все, что она помнила о нем, так это бесконечные уроки, наставления, и жестокость, с которой он обращался к дочери, шрамы небольшие на спине оставляя, поначалу крик безумный из горла вырывая, а в последствии лишь шипение змеиное. И она смотрела на него своими черными глазами, смеялась в лицо дико, сопротивлялась, и вообще не поддавалась контролю, от того отец и отправил ее в Эдом, на поруки к той, чья кровь текла в жилах рыжеволосой девочки. К стулу привязав, посреди пентаграммы, да наставления последние давал, а она злилась, проклятиями сыпала, а после рыдать начала, надеясь, что таким образом заставит отца передумать.
Не сработало, слишком жестоким было его сердечко, и девочку в Эдом отправляют, лишь эхо по дому последние проклятия разнесет, да стихнет все вокруг.

Хелен касалась пальчиками шрамов Клариссы, и охотница с легкой печалью отвечала, что в той аварии потеряла всю свою семью. Хелен слезы сцеловывала, а Кларисса лишь улыбалась в ответ, да губами губы чужие ловила; счет шел на дни, она узнала уже почти все, что хотела, и была готова отправляться дальше.

Она помнила тот день, будто был он лишь вчера. Мама смеялась, и весь Эдом вздрагивал; Кларисса оставит свой клинок, прекратит сталь раскаленную к телу нежити прикладывать; нежити, что притащили демоны забавы ради; и отправится к Лилит. Она научилась себя вести подобающе, научилась эмоции сдерживать, да совершенно другим человеком выросла, нежели желал отец. Пытки все вытерпела, что кожу опаляли, сдирали мясо едва ли не до костей; и голос срывала не раз от крика безумного, да только привыкла со временем, послушной стала, и теперь к пыткам относилась как к развлечению, осознавая их неизбежность, но принимая смиренно.

В тот день она впервые узнала о том, что у нее есть брат. Младший братишка, что един с ней лишь душой, да и то не цельной, ведь ее душа давно в клочья изодрана; брат, что родился после нее, о котором до определенного времени не знал даже Валентин. И Кларисса в ответ смеялась громко, да только в сердце ее желание поселилось, брата узнать она захотела, себе заполучить; на зло Валентину перехватить его, чтобы не достался никому, кроме нее.

Она помнит, как обернулась зло, когда перешептывания по Эдому пошли, над пустынями слова разлетались, и она демонов казнила, что смели о брате ее говорить; да только перед этим слушала внимательно, запоминала, информацию по крупицам собирала, что образ в голове сформировывала.

И от того, каким она себе его представляла, ее желание становилось все невыносимее. Чистая душа, яростные взмахи клинком, безрассудство и отчаяние; всегда первый, клинок вонзает и к следующему оборачивается.

Ей захотелось до руки до его дотронуться; кожу опалить прикосновением, пальцы сжать, ногтями впиваясь.

И она мелодию яростную играет, клавиши едва не разлетаются в щепки под пальцами ее; а за окном оранжевое небо, да пустыни выжженные; где-то демон верещит, или, быть может, жертва его стенает; а Кларисса все о брате думает, сна лишившись, аппетит потеряв, да играет неистово, будто бы душу изорванную изливает, в мелодию жестокую ноты складывая. Ее сумка уже собрана, она отправится на рассвете, в тот мир, где цветет папоротник, а поля колокольчиками засеяны; где солнце встает на востоке, озаряя города своим теплым светом, обволакивая. Отправится в тот мир, где брат ее ждет; еще не знает о ней, но ждет, она чувствует это. И Лилит проход откроет, не обнимет на прощание, и Кларисса даже не обернется.

Любила ли она Лилит? Это был сложный вопрос, она не знала о любви ничего, лишь жестокость и боль, холодность и ярость, умение держать все в себе, маски различные примеряя. Она скучать не будет, окунаясь с головой в новую жизнь, прорабатывая легенду, да имя лишь оставляя. Фамилию сменит, скажет, что в отпуске, и с такой легкостью в доверие вольется, что сама удивится на мгновение.
Она роль будет играть мастерски, вылавливая в прохожих все нюансы поведения, и улыбаясь в ответ на очередную Ее шутку; руки нежно касаясь, да предлагая на ночь остаться; влюбляя в себя, чтобы информацию получить, забрать жизнь себе; личину примерить.
Смех солнечной Хелен, и Моргенштерн посмеется в ответ, интонацию копируя, следя за каждым движением рук, головы; запоминая слова и выражения, она ею становиться начнет, запоминая все рассказы о семье, о ее брате, и родителях, которые давно с дочерью не жили; мама погибла пару лет назад, а отец на задании секретном был, и она даже не знала, вернется ли он. Она была слишком идеальной, подходила по всем параметрам, и имела брата возраста ее Джонатана.

Наверное, но только наверное, лишь по этой причине Кларисса на миг испытала чувство сожаления, когда вонзила клинок в грудь юноши, нагнав его в Майами, и притворившись, что у нее новости для него от сестры. Он оказался противником достойным, но Кларисса все равно была быстрее, сильнее, смертоноснее.
И лишь после того, как его тело бездыханной грудой костей свалилось на холодную землю, Моргенштерн убрала тот самый клинок, что принадлежал Хелен, и покинула Майами, на этот раз держа путь в Нью-Йорк. Ее легенда доведена до ума, возможные родственники, которые могли бы узнать, устранены, и она, прислонив голову к иллюминатору, в задумчивости глядела на облака, размышляя над тем, каким стал Он.

Кто в его голове на данный момент; кто его окружает, и, самое главное, знает ли он о ней, о Клариссе; и что именно знает.

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪
/гифы правилами запрещены, но они здесь есть да/
Причинять боль тому, кого мы любим, — сущая чертовщина.

Нью-Йорк встретит холодом, вынуждая Клариссу приподнять воротник черного пальто, да поморщиться. За пару месяцев, проведенных в солнечном Лос-Анджелесе, она успеет привыкнуть к солнцу вечному, теплу и неге, но в Нью-Йорке придется адаптироваться к новому климату, игнорировать холод и ветер, не обращать внимание на дожди, да разведку вести на расстоянии, вылавливая прорехи в каждом из охотников, с которыми ей предстояло лишь познакомиться лично.

Она скроется среди деревьев, прислонится плечом к стволу дуба, и взглядом черных глаз будет следить за группой охотников, что в переулок сворачивают, за демоном крадутся. Она лишь мельком обведет фигуры троих охотников, но задержится на четвертом, всматриваясь внимательнее. Она не узнает его внешне, скорее почувствует, да кровь в жилах закипит, вспенится, растекаясь по венам яростью сокрытой, желанием.

Он был так близко, руку бы протянуть и ухватиться, но она скроется в тени, возвращаясь в свою квартиру, и шагами комнату меряя. День приближался, она оставит мысли о брате, и сосредоточится на другом охотнике, следуя за ним по пятам, даже не опасаясь, что заметит, обернется. Походка его была нервная, шатающаяся, и клинок Клариссы уже на изготовке, да только не на нефилима она нападает, а на противников его, пронзая сначала одного, а затем и с другим справляясь, плечо охотнику подставив, и в квартиру отводя свою.

Она в доверие втирается, улыбается очаровательно, плечиками передергивает, да завтрак на стол ставит, пальчиками едва уловимо его руки касаясь, взгляд смущенно отводя. Он оказался слишком легкой добычей, и возможно то дело в инь фэне, что разум отравлял; а возможно Кларисса слишком очаровательна, но охотник приглашает ее с собой, в Институт зовет, да не замечает черной вспышки, что на миг глаза освещает, пока девушка следует за ним, в двери проходит, улыбку на лицо натягивает искреннюю.

Хелен Блэкторн. — И ее рука утонет в его ладони, она ощутит легкое покалывание в пальчиках, и улыбнется максимально искренне, черноту души в глубине пряча. Едва ли не пожирая глазами брата, но концентрируя свое внимание на остальных, бегло расскажет о себе, утаив истинные причины; информацию впитает, словно губка, да только заметит некоторое напряжение между черноволосой охотницей, и братом своим.

Злость тугим комом в груди скатается, сожмется до размеров теннисного мячика, но Кларисса выдохнет, Джонатана на выходе перехватит, разговор заведет, улыбнется снова, до руки нежно дотронется; она совсем не огорчена его отказом от ужина, понимает, что есть девушка, да не настаивает, лишь другом быть хочет.

А в душе ураган из злых чувств, эмоции прорвались бы наружу, да стена у ее выдержки толстая, непробиваемая.

Она помощь оказывает, демонов убивает, с которыми еще в Эдоме пересекалась, да без жалости клинки в каждого всаживает, представляя лица вполне человеческие; инстинкты сдерживая, слабее казаться пытается, и снова улыбкой лицо освещая.
Она пытается быть ближе к брату; желает его как не желала никогда прежде, аж руки чешутся, пальцы колет, когда сдерживается, не позволяет себе лишнего прикосновения. От улыбки извечной сахар на зубах едва ли не скрипит, скулы судорогой разве что не сводит; она выдыхает лишь тогда, когда одна остается, глаза черным застилает, Моргенштерн рычит, да плиту зажигает, руки подставляя, наблюдая за тем как лопается кожа, и по телу мурашками боль проходит, в сознание стучится, о цели напоминает, о терпении.

Она полагала, что брат знал о ее существовании, но ни разу в разговорах ее настоящее имя не мелькало; никто не говорил о том, что у Джослин была еще дочь; все вели себя так, словно ее никогда не существовало, и Кларисса ярость сдерживала, желание убить всех подавляла, да с тошнотой боролась, когда снова приходилось быть милой.

Лишь с братом не притворялась, искренне наслаждаясь его обществом, слова подбирала утешающие, головой сочувственно качала, и понять пыталась, искренне так, но фальшиво.

Лишь однажды она едва не выдаст себя, когда до острого слуха донесется имя, родное, с губ его слетевшее. Она обернется слишком резко, брови вздернет, удивление имитируя, да вопрос задаст, ответ на который уже знает заранее.

А Кларисса… Это кто?

И поток мыслей унесет ее в невиданные дали, она сочувственно плечами пожмет, голову на бок склонит, улыбнется, а в душе все снова закипает.
Он найти ее пытается, спасти надеется, да только спасать не ее надо, а его самого; от всех этих глупых охотников, что не понимают истинной связи между братом и сестрой, не понимают, какой может быть жизнь, если они окажутся вместе.
И Клэри улыбается, до рукава его одежды едва уловимо дотрагивается, хотя инстинкты требуют обнять немедленно, к себе прижать и более не выпускать.

«Видишь, Джонатан, я уже здесь. Я сама тебя нашла; сквозь тернии к звездам прошла, к нашим звездам, что ярким светом сияют вдали. И теперь ты моим стать должен, единственным. Лишь я одна должна в твоей голове поселиться, вытолкнуть всех прочих оттуда. Посмотри же на меня, неужели не видишь, как мила и нежна Хелен, как смотрит на тебя понимающе. Неужели связь родственную не чувствуешь в каждом звуке ее голоса. В каждом прикосновении, что нежностью отдается в груди? Ты мой, Джонатан. И скоро ты сам об этом догадаешься. Кровь родную не выжечь из тела, она всегда к себе подобной тянется.»

И Моргенштерн молчит, по городу медленно идет, руки в карманах пальто спрятав. На ее губах улыбка жестокая играет, она давно уже план придумала, как соперницу устранить, да только они сами расстались, Клариссе даже не пришлось клинок в мертвое сердце всаживать, лишь в далеком лесу землю истыкала яростно, срываясь то на крик, то на рычание. Не иметь возможности прикоснуться к брату, рассказать все; это злило, из себя выводило, и глаза чернели, она едва сдерживалась, чтобы не убить Изабель во время тренировки, когда клинок Клариссы прошелся слишком близко от ее горла. Черноволосая охотница отравляла мысли брата, семена сомнения забрасывала, говорила о том, что не нужно искать сестру, что не спасти ее, а Кларисса лишь молчала, внимательно следя за реакцией брата на каждое слово; каждый раз, когда поблизости от разговора находилась. Злилась молчаливо, да дышать не забывала, лишь так справляясь с яростью, вспышками агрессии, что неумолимо подкатывали к горлу.

Она выжидает немного, и сама отправляется в его комнату; тусклый свет едва из-под двери пробивается, она постоит с мгновение, с ноги на ногу перемнется, дыхание яростное восстановит, да руку занесет для стука.
Но дверь сама перед ней распахнется, и Кларисса тут же спохватится, удивленно брови вздернет, улыбнется.

И демон в душе злобно хохочет, он бы в горло каждому вцепился, да брата бы утащил как можно дальше;

но внешне девушка спокойна, сдержанна, лишь плечики чуть поникают, словно скорбь душит изнутри; и она шаг в комнату делает, впервые оказавшись так близко к своей цели; осматривая бегло помещение, да рисунок на кровати замечает.
Покалывание в пальчиках, она сдерживает желание подойти и в руки взять бумагу, вглядеться в силуэт, попытаться найти сходство; но не делает этого, мимо проходит, на край кровати опускается, и буквально чувствует, как позади лист бумаги спину прожигает, каждой клеточкой его ощущая, но концентрируя внимание на брате.

Я… Да, если честно, я не просто так… Не мимо шла, и случайно оказалась, я просто… — Она плечиками передергивает, взгляд на мгновение отводит, вдох делает, будто бы с силами собирается. — Я понимаю, какого тебе. — Она губы кусает, взгляд печальный на Джонатана переводит. — У меня ведь тоже брат. Был. Младший, любимый. — Она врет искусно, слезы в уголках глаз собираются, но наружу пока не просятся. — Его убили у меня на глазах, я тогда приехала в Майами, где он был по заданию Института, но опоздала. Ты ведь знаешь, что члены Круга есть не только в Нью-Йорке. Брат отказался выдавать им местонахождение нашего отца, и они убили его. Пронзили сердце, я не успела ничего сделать, лишь к брату кинулась, да слишком поздно было руны наносить; слишком поздно было в погоню отправляться. Наверное, я здесь лишь потому, что они не узнали меня, иначе я последовала бы вслед за братом. И я понимаю, — пока она говорит, то нервно пальчики заламывает, ногтями в кожу впивается, нервничает, слезы по щекам растирает рукавом, — знаю, на сколько тебе тяжело, и что ты веришь в то, что сможешь сестру отыскать. И я сказать лишь хотела, что помогу тебе. Ты не должен быть один, твоя сестра должна быть рядом с тобой, и я верю, что она не такая, какой ее все считают. Мы найдем ее, Джонатан. В память о моем брате, о моем Марке, но мы найдем ее.

Кларисса поднимается с кровати, слезы еще катятся по ее щекам, она губы кусает, всхлипывает, словно воспоминания о смерти ее «брата» доставляют ей слишком много боли. А дьявол в душе лишь аплодирует стоя, да овации демоны кричат. Мама бы гордилась.

Она к стеллажу с книгами подойдет, проведет пальчиками по корешкам, читая названия. Врядли Джонатан прочел все это, некоторые книги, казалось, стояли тут со времен прошлого столетия, но Кларисса не эту цель преследует, глаза потемневшие прячет, ухмылку в улыбку превращает ласковую, задумчивую; вдох делает, оборачивается.

Знаешь, книги всегда меня успокаивали. Особенно Нишце. Марк любил его читать, когда ему было пятнадцать, хотя мне казалось, что такая философия весьма нелегка для столь юного ума. — Она снова взгляд на рисунок переведет, губы пересохшие едва мимолетно облизнет. – Мама всегда удивлялась, когда видела меня с книгой в руках. Говорила, что разве может что-то дельное написать явный шовинист, который при этом вожделел к родной сестре.

Она отвернется, но не так быстро, чтобы лишь вид сделать, что слезы скрыть пытается, да вдох глубокий в легкие впустит, успокаивая себя якобы.
А улыбка торжествующая едва ли броню не пробивает, Кларисса держится изо всех сил, мысли стараясь упорядочить, да взгляд опять на Джонатана возвращает, смотрит с лаской искренней, пониманием.

«Да, Нишце может и был шовинистом, но я разделяю его пристрастия. Он вожделел к сестре так же, как я вожделею к тебе, Джонатан. Если бы ты только знал, как тяжело мне приходится сдерживать агрессию, когда я вижу тебя то с этой глупой вампиршей, то с этой твоей охотницей, что оскоминой въедается в глаза. Лишь я должна владеть твоим вниманием, лишь меня ты видеть должен. И поверь, совсем скоро это случится; скоро все уйдут из твоих мыслей, останусь лишь я, всегда понимающая, заботливая и нежная Хелен, что в последствии превратится в Клариссу, от которой ты уже не сможешь просто так отказаться. Ты ведь не захочешь сделать мне больно, не так ли, Джонатан? Сделать больно своей родной сестричке…»

Отредактировано Anthrax (13-01-2018 10:07:10)

0

22

Текст заявки: День добрый! Сидела я, сидела и вдруг решилась, а почему бы и нет, а вдруг получится? Ещё с первого моего прихода в мир ролевых игр была задумка отыграть одну историю, и за годы игры было множество попыток подойти к ней с разных ракурсов, но так и не получилось  отыграть. У меня сейчас есть виденье своего персонажа и лишь обрывки, идеи, наброски по самой истории. История обсуждаема, изменяема, и всё, что вы хотите. Неизменна только основа. Я не из "быстрых" соигроков, но я очень хочу воплотить в жизнь эту историю, и поэтому обещаю не бросить игру. Связь со мной - ЛС для начала, мне приходят оповещения, так что не пропущу Вашу сову. А  потом определимся с Messengerом наиболее удобным. Заявка актуальна всегда, пока не будет сказано обратное. Ниже – в двух словах история моего персонажа и начало истории. Полную историю персонажа и мои дальнейшие задумки по истории вышлю при обсуждении.

Я всегда считалась самой обычной. Воспитывалась в католическом духе, ходила в обычную школу и совершенно не подозревала, что буря разразится в 11 лет. Хотя начиналось всё раньше, с первых проявлений магии и моего взросления. Наверно, ещё тогда моя мать почувствовала дух бунтарства, что рос во мне вместе с возрастом, и именно поэтому и засаживала меня за Библию, а также всячески ограничивала общение со сверстниками. С детства я была невероятно любознательным и бойким ребёнком, что совершенно не подходило тому образу, который надеялась видеть мать. В 11 я попала в Хогвартс, конечно же, после огромного скандала и всяческого противостояния дома, откуда ушла в 18 лет, сразу же после окончания школы. Окончила я, кстати, Когтевран, любознательность никуда не делась, вместе с упрямством сделав из меня вечную оптимистку-отличницу со светлыми мечтами изменить мир.
Вот только при всей уверенности единственная вещь, которая меня могла смутить - это внимание противоположного пола. Тут во всей красе проявлялись следы строгого католического воспитания, которое всё же дало свои плоды. За все свои 18 лет я никогда не влюблялась и считала себя рассудительной дамочкой. До того, как я встретила Вас.
Я тогда работала официанткой в одном из пабов в Косом переулке. Да, конечно, не работа мечты, но после ухода из дома мне срочно нужны были деньги, а устроиться стажёром в Аврорат было не так просто и быстро, вот я и ухватилось за первое поступившее предложение. Впервые я увидела тебя в компании друзей вечером. Вы прекрасно проводили время, не упуская случая отпустить шуточки по поводу симпатичной официантки, что заставляло меня отвратительно краснеть и еле сдерживаться, чтобы не учудить какую-нибудь пакость. Ты тогда просто улыбался и в основном молчал. Лишь уходя, извинился за друзей щедрыми чаевыми. Нет, я не влюбилась в тебя тогда. Ты же меня едва заметил. В следующий раз мы встретились вечером, через пару дней. Ты пил огневиски и что-то писал в небольшом кожаном блокноте. Кажется, это были стихи, а может я не права. Настроение у тебя было прескверное, и ты был один. Мы не говорили, лишь обменялись парой взглядов и дежурных фраз. А я запомнила взгляд серо-голубых глаз цвета неба. А потом ты встретил меня с работы и предложил прогуляться. Я тогда удивилась. "Ночью?". Ты лишь пожал плечами. Я не знаю, когда я в тебя влюбилась. Может, когда отчаянно вспоминала всё, что я знаю о лечении ран и порезов, с ужасом глядя на рваные раны на плече? Или раньше, когда мы впервые поцеловались? Или в тот первый вечер, когда мы просто молчали рядом? Я знаю лишь одно - я стала одержима. Тобой.

Ваш персонаж и основная информация:
Мужчина, я Вас не ограничиваю в возрасте, роде деятельности, имени, биографии - всё на Ваш вкус. Единственная очень важная вещь, его принадлежность - тёмная сторона. ПС или любые аналоги в зависимости от поколения и ролевой, которую мы выберем.
Ваш персонаж давно и безнадёжно влюблён в другую девушку, с которой вы расстались из-за её измены.
Мой персонаж для Вас изначально - попытка вылечиться, своеобразный антидот. К чему приведёт история - решим вместе. У меня есть разные задумки и мысли, которые нужно адаптировать непосредственно к определённому поколению/биографии и так далее. Просто жду Вас. Приходите.

Пример вашего поста: Пост невероятно старый и вообще нелюбимый, но первый, что попался при поиске.

Пам

Септима в общем и в целом до сих пор не могла определить своё отношение к этому неожиданному посетителю. С одной стороны, она была безгранично рада, что её скука немного рассеялась, с другой же этот визит не сулил ничего хорошего. Судя по тому, как этот паренёк обворожительно улыбался милой блондиночке на улице, девушек завоёвывать он любил, как и бросать, впрочем. Вектор внимательно окидывала его взглядом, искренне недоумевая, что так привлекало женский пол. Через пару минут она всё же поняла. Несмотря на то, что внешность его была не слишком выдающаяся и запоминающаяся, да и растрепался он после бега, и был почему-то нервным, она не могла не заметить приятные карие глаза и не совсем понятный характер, сквозивший в каждом его движении. По крайней мере, по первому впечатлению он был мужчиной, в полном смысле этого слова, да к тому же и ураганом. Кончики её губ тронула лёгкая улыбка. Нет, она не могла отказаться от удовольствия наполнить свою жизнь капелькой приключений. Разве не она просила пять минут назад проблем? За слова нужно отвечать, она знала это не понаслышке. Поэтому она усмехнулась, понимая, что покупать он точно ничего не намерен у неё в лавке. Такие книги не покупает. По крайней мере, не часто. Да и смотрел он с полнейшим безразличием на её полки. И разве покупатели влетают с такой скоростью в нужный магазин? Едва ли можно так мечтать о какой-то книге, чтобы просто лететь за ней. Именно поэтому-то Септима и позволила себе расслабиться, скинув привычную "вежливую заинтересованность". Откинувшись на спинку стула и отложив книгу, она, продолжая усмехаться, ответила:
- Да ну? И какую же книгу вы так хотели, что влетели в эту лавку со скоростью ветра, а затем вцепились в дверь, будто за ней как минимум стая дементоров или ещё каких-то опасных существ?
Она с любопытством наблюдала, как он дёргается на каждом шагу, практически не сводя взгляда с двери и периодами хаотически оглядывая помещение, будто он мог найти там что-то такое, чтобы успокоило его. Ещё пара минут и он уже направился к прилавку, на ходу пытаясь придать себе более приличный вид, что опять заставило девушку сдержать улыбку, ведь она заметила знакомое выражение, которое уже видела из окна, когда незнакомец обольщал блондинку. Несмотря на это, упускать момент ей не хотелось, слишком уж соскучилась она по нормальному общению, если его таким можно было назвать. Скрывать правду было бессмысленно, поэтому она спокойно кивнула:
- Есть немного. К сожалению, книги хоть и интересны, но живого общения не заменят.
Паренёк продолжал нервничать, хотя и периодами ей казалось, что он брал себя в руки. Но уж следующего его  действия она никак не могла предсказать, потому-то и слегка испугалась, когда он резко ухватил её запястье в поистине стальную хватку. Она уже через пару секунд упорно пыталась вырваться, правда, безуспешно. А вот незнакомец начал задавать поистине бредовые вопросы, особенно в подобной ситуации. Он не тронулся умом случаем? Нервный такой... Как там говорят? Мания преследования или что-то такое? Интересно, для волшебников это одинаково? Продолжая пытаться немного хотя бы отодвинуться, она произнесла:
- Ты сумасшедший? Немедленно отпусти меня..., - однако он её и не слушал, продолжая дальше взволнованно говорить то, что ввергало её в ещё большее смятение. Хмурясь, она покорно посмотрела на улицу, замечая там разъярённого мужчину. Затем Вектор вновь перевела взгляд на паренька, совершенно не понимая, что стоит предпринять в такой ситуации.
- Нет, ты смеёшься надо мной. Это невозможно... - последнее слово потонуло в звуке резко открывающейся двери. Далее все события пролетели за считанные секунды. До того, как она успела что-либо понять и осознать,  разъярённый мужчина уже успел сделать свои выводы, которые вызвали откровенное возмущение Септимы.
- Я? Какого чёрта вы вообще...врываетесь - от ярости у неё даже горло перехватило и она с трудом находила что сказать, совсем позабыв и о том, что незнакомец продолжает сжимать её руку. Лишь после того как незнакомец потянул её на себя, аккуратно привлекая к себе за талию, при этом напоминая ей о реальности недвусмысленной фразой. Септима с трудом понимала, почему позволяет всему этому продолжаться, но видно то ли она не успевала мыслить здраво, то ли сама слишком приключений хотела, кто его знает. Поэтому она и быстро достала палочку, на ходу произнося заклинание, первое пришедшее в голову:
- Bombycinum tomentum!
Нельзя сказать, что оно было сильно эффективным и полезным, но лучше, чем ничего. Сразу после этого она со всех ног кинулась к боковом выходу, увлекая за собой и "сообщника". В данный момент она почему-то была и рада, и разозлена одновременно. Странное чувство. Начиная задыхаться и продолжая пытаться не сбить никого по дороге, она негромко сказала:
- Когда мы куда-нибудь добежим, я тебя убью.
Конечно, произнесено это было с улыбкой. Но никто не спорит, что она не осуществит этот план хотя бы частично.

0


Вы здесь » Live Your Life » -Магические школы » Поиск партнера для игры


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC